Валентина Соловар: «Когда живешь среди больших народов, никто не хочет обращать внимания на «маленькие проблемки»

ТЕКСТ: Анна Резвова

ФОТО: Артур Борисов

Валентина Соловар: «Когда живешь среди больших народов, никто не хочет обращать внимания на «маленькие проблемки»
Мировая общественность на протяжении десятилетий борется за сохранение языкового и культурного разнообразия. В 2012 году один научно-популярный журнал привел такую печальную статистику: каждый две недели в мире становится на один разговорный язык меньше.

Если следовать такой тенденции, то к началу следующего столетия из 7 тысяч языков половина, скорее всего, исчезнет. Сейчас 85% языков мира даже не записаны.

Предстающая картина напоминает лингвистический хоррор: выживут не все! И мало кто знает, что Югра - одно из действующих лиц в этой трагедии.

Валентина Соловар, заведующая отделом хантыйской филологии и фольклористики Обско-угорского института прикладных исследований и разработок рассказала о проблемах, с которыми столкнулись югорские филологи.

- В конце прошлого года Вы пришли на прием к одному из депутатов Думы Югры. Что послужило поводом для обращения к нему?

- Я говорила о том, что существует проблема с алфавитом хантыйского языка. Есть рабочая группа, которая собирается один раз в месяц, и мы работаем над новым алфавитом. Последнее мероприятие прошло в форме семинара, на котором присутствовали ученые, работники газеты «Ханты Ясанг», учителя. Все проголосовали «за». По-моему, не было ни одного «против» за то, чтобы ввести новый алфавит, потому старый - очень проблемный. В нем большое количество букв не совпадает с фонемным составом хантыйского языка.

В конце декабря 2013 года прошло последнее заседание научно-координационного совета по вопросам сохранения родного языка и традиционной культуры коренных малочисленных народов Севера Югры, который работает, по сути, при губернаторе, потому что заместитель губернатора председательствует в нем. В результате - ничего не решили. Может, разумней было бы не выносить этот вопрос на заседание совета, а решать силами Департамента образования. Совет решил обратиться в Министерство регионального развития. Я не знаю, что там решат, потому что не думаю, что там есть специалисты, которые могут сказать что-либо существенное по развитию хантыйского языка и графики. В общем, вопрос этот завис и не решается.

- Я была на этом заседании научно-координационного Совета: было довольно жаркое обсуждение…

- Вам показалось. По существу вопроса выступила только Евдокия Андреевна Нёмысова, Остальные - дилетанты, которые мешают развития этого вопроса.

- Помнится, некоторые на Совете высказывались, что новый алфавит приведет к тому, что читателям национальных газет будет тяжело воспринимать информацию.

- Нужно учиться и приводить в порядок то, что в течение многих лет находится в хаосе. Я понимаю, что это очень сложно, нужно работать над собой, нужно читать, что нового написано и почему ученые предлагают эти изменения.

Это очень сложный вопрос - даже имея образование в области в филологии, но не работая с конкретным языком, нельзя принимать решение. Я не видела там специалистов, кроме Евдокии Андреевны, выступившей за реформирование старого алфавита, который она ранее и предлагала. То есть человек через много лет в ходе работы пришел к тому, что нужно менять алфавит к лучшему.

- Сам автор старого алфавита высказался за изменение?

- Да. Ей, наверно, тоже нелегко пришлось. Ведь она ранее, когда писала буквари хантыйского языка, пользовалась другим алфавитом.

- Расскажите немного об истории вопроса. Как я понимаю, проблема изучается уже не первый год?

- Предыдущий алфавит был принят в 1985 году Ханты-мансийским исполкомом. Видите сколько времени прошло…

- И до сих пор идет обсуждение, насколько он удобен и приемлем?

- Это достаточно сложная проблема, которая возникает время от времени для многих языков мира, когда у специалистов есть мысли поменять что-то к лучшему. Естественно, мы изучали мировой опыт создания алфавитов и не просто так вносим изменения.

Сейчас детей, владеющих хантыйским языком, в школах почти нет: 1-2 ученика приходят в первый или второй класс. Поэтому мы учитываем ситуацию, чтобы ребятишкам было проще усваивать фонемный состав хантыйского языка, чтобы не было большого количества лишних букв, как было ранее, чтобы буквенный состав отражал фонемный. Когда в 1931 году создавалась письменность для 26 языков коренных малочисленных народов Севера, никто не учитывал это, все в основном пользовались русский языком. Не учитывался фонемный состав языков, буквы были взяты из русского алфавита. Конечно, они не соответствуют точному составу каждого языка.

- Как я поняла, старый алфавит не учитывал, грубо говоря, особенностей произношения в хантыйском языке, и при помощи него было трудно писать?

- Да. Мы постепенно вводили изменения, просто они не афишировались. Процесс шел тихо. Мы убеждали друг друга, договаривались. Но сейчас, когда нужно коренным образом ввести несколько новых букв для того, чтобы не пользоваться принципами, актуальными для русского языка, натолкнулись на непонимание людей, которым тяжело разобраться в теории языка.

- Алфавит действительно так сильно меняется?

- Вводятся новые знаки хантыйского языка, точнее отображающие фонемный состав. Совсем новых будет всего лишь три, а один будет менять свое значение.

- Получается, все вертится вокруг этих четырех знаков?

- Да. Причем один из них уже использовался. Просто он обозначал другую фонему.

- Насколько я помню, на последнем заседании научно-координационного Совета говорилось о том, что нужно будет привести в порядок не только алфавит, но и орфографию языка?

- Это так. Ведь когда изменился алфавит, изменится и графика. Слова будут писаться по-новому, что совершенно нормально. Тогда нужно в первую очередь создавать, что мы и сделали, небольшой орфографический словарь. Пока назвали его экспериментальным, потому что еще не все понимают, что, к примеру, здесь нужно пропустить, а здесь написать.

Понимаете, в современном мире принятие таких изменений, выглядит совершенно иначе, нежели принятие алфавита для русского языка, который принимался постепенно, начиная с 9-го века. Какая-то часть этноса учится, становится образованной. В наших условиях, когда все уже читают по-русски, думают по-русски, они полагают, что могут принимать какие-то большие решения по отношению к языку, не являясь специалистами в этой области.

Сейчас мы, специалисты, поставлены в такую ситуацию, что должны обсуждать со всеми, кто умеет читать, написать эту букву или нет. Это полный абсурд! Специалисты хантыйского языка поставлены в такую ситуацию, которая ставит работу в тупик. Вы же не будете обсуждать проблемы космоса с учителем русского языка?

Должно быть понимание, что это не могут обсуждать все люди, есть свои специалисты в каждой области. Ведь я не могу обсуждать то, что происходит в математике, потому что я не специалист.

- Научное сообщество натолкнулось на противодействие общественности?

- Скорее людей, которые не понимают проблемы. Если они говорят по-хантыйски - это не значит, что они знают теорию языка и все языковые процессы, которые происходят внутри него.

Сейчас нужно учить языку детей, а каждый автор учебника пишет в своей орфографии, в своей графике. Ужасная ситуация. Это не волнует только тех, кто не связан с этими проблемами. Когда мы говорим о другом этносе, это нас, конечно, не волнует. Всегда было трагично, даже для русского языка, когда отказывались даже от одной буквы в 1917 году. Это всегда воспринимается народом очень болезненно.

- Принятие нового алфавита приведет к тому, что будет создана единая система в учебниках, в орфографии. Я правильно поняла?

- В первую очередь речь идет о принятии алфавита, лишь потом пишутся учебники.

- Насколько я знаю, в округе уже существует проблема с подготовкой преподавателей по родным языкам. Институт народов Севера при Югорском государственном университете постоянно не добирает студентов.

- Института народов Севера на самом деле нет. По факту, это фикция. Они назвали Институтом народов Севера одного человека, там нет студентов. Оставшиеся студенты, заочная группа, выпускаются в феврале этого года, и остается всего лишь несколько человек в магистратуре.

Нельзя вести речь о том, что в ЮГУ сейчас есть такой институт. Это просто желание повесить некую вывеску, показать, что что-то существует.

Институт народов Севера был единственным местом, после ЛГПИ имени Герцена, где готовили специалистов хантыйского и мансийского языков.

- Каковы перспективы в подготовке кадров для хантыйской филологии?

- Никаких. В этом году снова не будет набора, как уже не было три года. Ни Российская Федерация, ни округ не дали ни одного бюджетного места.

- Получается, обществу говорят, что мы сохраняем языки коренных народов, а на самом деле складывается такая печальная ситуация. Как так вообще получилось?

- Потому что не нужно ставить количественных ограничений для коренных малочисленных народов. Нужно брать в учебную группу и пять человек, если народ малочисленный. Набрать 25 человек - просто невозможно. Каждый здравомыслящий человек понимает, что должны быть другие цифры.

В общем, на каком бы уровне обсуждение ни происходило – это одни разговоры, чтобы выпустить пар из народа. Обско-угорский институт - это фактически единственное место, где еще ведутся исследования по хантыйскому и мансийскому языкам. Но мы не учебное заведение, мы не готовим специалистов. Должно быть какое-то образовательное учреждение, которое может их готовить. Если бы нам изменили устав, мы смогли заняться такой работой.

- Вы уже выдвигали такую инициативу?

- Устав уже отдавали в департамент, но его не хотят принимать в предложенном виде.

- Вам перекрыли все пути, и, можно сказать, что вы находитесь в осаде?

- Никогда не было легко защищать свою малочисленную культуру. Такая проблема существует по всей России, потому что идет сокращение в исследовательских заведениях и ВУЗах. Я думаю, что во всем мире тяжело отвоевывать свою национальную идентичность. За это нужно бороться, это нужно доказывать, потому что когда ты живешь среди больших народов, никто не хочет обращать особого внимания на твои «маленькие проблемки».

- Вы сказали, что сейчас новый алфавит создан только для одного диалекта?

- Сейчас в хантыйском языке живы четыре диалекта: казымский, сургутский, ваховский и шурышкарский. Создан алфавит для одного - казымского диалекта, а затем можно перенести его теоретические основы на близкие ему диалекты: сургутский и шурышкарский, который распространен на Ямале.

- А коллеги в мансийской филологии столкнулись с такими же проблемами?

- Заниматься мансийским языком некому: численность этноса меньше, владеющих этим языком тоже. Когда нет дипломированных специалистов, кто об этом будет думать?

- Шурышкарский диалект для Югры актуален?

- На Ямале специалисты тоже понимают проблему: что нужна унификация, уменьшение количества букв для соответствия фонемного состава. Они ждут, когда мы примем решение, чтобы подключиться к работе, потому что диалекты очень близкие. Мы и им бы могли помочь. Они готовы переходить на новый алфавит.

- Осталось четыре живых хантыйских диалекта, все меньше число владеющих хантыйским языком. Как вы можете охарактеризовать сложившуюся ситуацию?

- Ситуация критическая: в школы приходят 1-2 человека, владеющих родным языком, значит, другие уже не владеют им. Это почти что ноль. Их нужно обучать родному языку, как иностранному. Вот как выглядит ситуация.

Куда откладывать решение накопившихся проблем? Откладывать дальше некуда. Ситуация усугубляется. Никто не занимается утверждением алфавита. Если в 1985 году могли взять на себя ответственность, то сейчас таких уже нет.
Другие новости в рубрике Общество

Добавить комментарий:

CAPTCHA